В настоящее время у России остался всего один шанс обеспечить свое будущее как целостной и независимой страны. Имеются в виду не ближайшие несколько лет, а период, начинающийся в третьем десятилетии нынешнего века и простирающийся на обозримую историческую перспективу. Именно в начале 20-х годов страны НАТО закончат беспрецедентное по масштабам, интеллектуальным и финансовым затратам перевооружение своих армий. А к середине третьего десятилетия аналогичные процессы завершатся в вооруженных силах Китая. Примерно на этот же период запланированы модернизация и значительный рост военного потенциала так называемых Сил самообороны Японии. Недавняя катастрофа и авария на АЭС Фукусима вряд ли существенно повлияют на реализацию этих планов. Таким образом, Россия окажется в совершенно новой и, мягко говоря, невыгодной военно-политической ситуации.

Ответом на указанные вызовы и угрозы стало решение Президента и Правительства о значительном увеличении расходов федерального бюджета на перевооружение Вооруженных сил РоссийскойФедерации. Имеется в виду замена устаревших образцов оружия, военной и специальной техники на качественно новые.

Но каковы перспективы реализации этих планов, если за последние годы не была доведена до конца ни одна из принятых Госпрограмм вооружений? И какие усилия должны предпринять руководители предприятий ОПК, ученые и конструкторы, чтобы предотвратить закупки вооружений за рубежом? Какие направления следует развивать в приоритетном порядке, а какие утратили свою актуальность? Ответы на эти и другие вопросы публикуются ниже потому, что именно они в явной или неявной форме были лейтмотивом докладов и сообщений, прозвучавших на четырнадцатой Всероссийской научно-практической конференции "Актуальные проблемы защиты и безопасности", традиционно проходившей в стенах прославленной Военно-морской академии имени адмирала Советского Союза Н.Г. Кузнецова.

Отличительной чертой XIV Всероссийской научно-практической конференции "Актуальные проблемы защиты и безопасности" стала, пожалуй, деловитость в постановке проблемных вопросов, тем и конкретность обсуждаемых задач. Иэтоподвелонекуючертуподцелым этапом существования авторитетного научного форума, в ходе которого вначале приходилось доказывать целесообразность существования отечественной военной науки и оборонно-промышленного комплекса, определяться с источниками угроз и наиболее адекватными вариантами ответа на них, спорить о приоритете тех или иных областей вооружения и военной техники (ВиВТ). К счастью, внимание, подкрепленное серьезной финансовой поддержкой, которое теперь уделяет Вооруженным силам и ОПК Правительство Российской Федерации, позволяет ученым, военным, производственникам, сотрудникам МВД и других силовых структур, которые традиционно собираются в начале апреля в стенах Военно-морской академии им. Н.Г. Кузнецова, сосредоточиться на сугубо специальных, но от этого не менее важных вопросах, что и придало конференции в целом позитивный и прагматичный характер. Словом, докладчики выступали без лишних эмоций и со знанием дела.

Председательствовал вице-президент, академик РАРАН, начальник 46 НИИ МО, отвечающего за основные направления развития отечественных ВиВТ, генерал-майор Василий Михайлович Буренок. Его слова о том, что результаты конференции долго осмысливаются в высших правительственных кругах и ложатся в основу принятия серьезных решений, звучали не как красивая фраза, а как констатация вполне реальных фактов. Пленарный доклад В.М. Буренка "Новые технологии и новые войны" продемонстрировал, что не совершенствование традиционного оружия, пусть высокоточного, будет определять облик грядущих войн. Из этого оружия уже выжаты до предела все заложенные в нем технологические возможности (а качественный скачок оказался не столь уж впечатляющим), и это подняло стоимость высокоточных боеприпасов до такого уровня, что даже США могут использовать их ограниченно. Скорее новые технологии, меняющие самую суть войны, способны обеспечить перевес в военном противостоянии. К ним относятся лазерное, пучковое, гиперзвуковое, бионанотехнологическое (уже разработаны нанороботы или киллер-эмбрионы, способные при внедрении в человека убить его или подавить иммунные резервы организма) и другие виды оружия и, не в последнюю очередь, методы радиоэлектронной и информационной борьбы. Сегодня военное превосходство обеспечивается не просто количеством оружия и техники, а долей в нем изделий последнего 6-го технологического уклада. По соотношению нового и старого технического уровня ВиВТ мы значительно проигрываем странам НАТО. И даже, осуществи мы в этой области качественный рывок, сконцентрировав все усилия на перевооружении армии, в будущем рискуем попасть в заложенную уже сейчас ловушку. Ведь стремление отечественных оборонных предприятий потреблять импортные комплектующие и технику чревато коллапсом в военное время не только из-за срыва поставок, но и по причине знания вероятным противником слабых мест нашей техники.

Нужно смотреть на перспективу. А долгосрочный приоритет в будущем могут обеспечить ведущиеся уже сегодня фундаментальные научные исследования, поощряя которые президент США Обама бросил знаковую фразу: "Для нас пришло время снова стать лидерами". История учит: именно прогресс в области вооружений способен существенно изменить характер войны. Сетецентрические войны, о которых сейчас много рассуждают, уже не гипотетическая возможность, а реальная угроза. Готовы ли мы отразить ее?

В какой-то мере на этот вопрос ответил в своем докладе первый заместитель начальника Объединенного штаба Организации Договора о коллективной безопасности генерал-полковник А.А. Ноговицын. Впервые на конференции о нелетальном оружии говорилось не в теории, не описательно (какие образцы имеются у различных стран и каковы их характеристики), а исходя из реальной практики применения на специально проведенных для этого учениях. Концепция применения нелетального оружия включает следующие требования: высокоэффективность, избирательность, способность вывода из строя на определенное времяприщадящем ущербе. В настоящее время действуют Единая концепция оружия нелетального действия и Уточняющая концепция 2009-го года, базирующиеся на федеральных законах и ряде международных правовых норм. То, что раньше существовало в виде неопределенной возможности или эксперимента, сейчас обрело законодательную основу и материальную базу: появились новые военные специальности, ряд предприятий приступили к выпуску спецтехники, оружия нелетального действия и боеприпасов к нему для нужд не только МВД, но и Министерства обороны. Например, НИИ прикладной химии стал головной организацией по разработке и производству нелетальных боеприпасов и спецсредств. Такая важная предварительная работа позволила продемонстрировать на совместных учениях коллективных сил оперативного реагирования "Взаимодействие 2010" высокую эффективность и большой потенциал нелетального оружия при проведении спецопераций. Показательно, что первыми такие учения прошли бойцы российских ВДВ, а следом за ними - киргизский спецназ, что вполне объяснимо в силу нестабильной политической ситуации в этой стране - участнице ОДКБ.

На учениях была воссоздана ситуация террористического захвата заложников в небольшом населенном пункте. Отряд спецназа ВС Кирзигии был вооружен ручными гранатами и выстрелами к гранатометам нелетального действия. Для выхода на рубеж развертывания применялись дымовые завесы, после блокирования здания использовались ручные кассетные гранаты сверхзвукового действия, дезориентирующие противника, и раздражающие ручные гранаты, а также выстрелы к подствольному гранатомету, создающие непереносимые условия в помещении - так называемый эффект выкуривания. Вся операция была снята на пленку - этот фильм демонстрировали присутствующим на пленарном заседании. Итог операции: заложники освобождены, потерь среди личного состава и мирного населения нет. Преимущества нелетального оружия в подобных операциях столь очевидны, что в 2011 г. его планирует закупить сначала Узбекистан, а затем и другие страны ОДКБ. В Российской Федерации оно будет принято на вооружение в 2012 году - пока для Воздушно-десантных войск.

К теме оружия нелетального действия возвращались и другие докладчики. Так, заведующий кафедрой МГТУ им. Н.Э. Баумана, академик РАРАН В.В. Селиванов рассказал о создании интегрированной базы данных по этому оружию, аналог которой есть только в Великобритании. База содержит сведения о спецсредствах нелетального действия, разбитых на категории по физическому принципу действия и конструктивным особенностям; относительно тех объектов, к которым они применяются, и средств их доставки. База содержит также информацию обо всех организациях- разработчиках и компаниях-производителях в мире.

Инновационные технические средства разрабатываются как в области нелетального оружия, так и в сфере обеспечения безопасности. О подходах к их созданию рассказал генеральный директор НПО Специальных материалов, академик РАРАН М.В. Сильников. При противодействии терроризму, предупреждении и ликвидации техногенных аварий важно знать, какого рода взрывов возможно ожидать. Для террористических взрывов характерна короткая, но мощная ударная волна; для техногенных или топливно-воздушных - наоборот, ударная волна большой продолжительности. Свои опасные особенности возникают при срабатывании двухактных систем и при взрывах нескольких систем, ударные волны от которых накладываются друг на друга. Точно знать характеристики возможного взрыва необходимо при выборе защитных устройств, которые (особенно те, что сделаны из металла) сами могут превратиться в поражающие элементы, если их употреблять некорректно. Но зачастую сам террорист не знает, сколько и какого взрывчатого вещества заложено в его взрывное устройство. Универсальным средством, которое, если даже и не полностью погасит энергию взрыва, то гарантированно снизит ее, уменьшит все поражающие факторы, стали локализаторы взрыва "Фонтан". Это изделие сейчас активно покупают многие страны мира - от Израиля до Индии и Австралии. Его модификации, специально адаптированные к условиям воздушного судна, способны погасить взрыв в воздухе с сохранением самолетом летной годности. С 2003 года по требованиям международной безопасности это устройство должно быть на борту каждого воздушного судна.

Выступавший следом генерал-лейтенант В.С. Сухорученко, представлявший Комитет по вопросам законности, правопорядка и безопасности Санкт-Петербурга, развил тему предупреждения техногенных аварий и катастроф, столь актуальную во всем мире после разрушительного землетрясения и цунами в Японии. Санкт-Петербург, казалось бы, стоит на сейсмически безопасном участке земной коры. Но стоит ли успокаиваться на этом? Недавно в Северной столице были проведены две важные научно-исследовательские работы. Одна из них была посвящена составлению карты геодинамических разломов, которые проходят через весь город. Отсюда трещины в асфальте, частые аварии в канализационных системах, даже фундаментам домов может угрожать некая опасность, не говоря о негативном влиянии подобных зон на здоровье человека. Поэтому необходим постоянный мониторинг.

Темой другой научно-исследовательской работы стало обоснование допустимого объема обращения потенциально опасных химических веществ на промышленных (не только химических, но и пищевых, текстильных и др. предприятиях), научных, транспортных и прочих объектах такого мегаполиса, каким является Санкт- Петербург. В силу насыщенной инфраструктуры города на одного жителя приходится 4,5 кг потенциально опасных химических веществ, что в 22 раза выше, чем в Москве, и в 2,8 раза выше, чем в среднем по Европе. Вообще, для предприятий, работающих с радиоактивными веществами, радиус отчуждения должен быть не менее 5 км, а имеющих дело с большим объемом химически опасных веществ - 2,5 км. В Санкт-Петербурге в силу плотной застройки эти условия не соблюдаются.

Конечно, кардинальный выход из такой ситуации - вывод таких предприятий за черту города. Но поскольку в одночасье с этим не справиться, необходимо провести комплекс неотложных мер по отработке систем обнаружения аварий, оповещения о них, координации действий всех аварийно- спасательных служб, а их - 19. Усложняет ситуацию то, что владельцами опасных предприятий зачастую являются частные лица, которые не хотят вкладывать деньги в обустройство систем безопасности.

Сейчас в Петербурге только 6% предприятий (среди них Водоканал, пивные заводы "Балтика" и "Хейнекен") имеют локальную систему оповещения об аварии. Случись же она, с каждым часом последствия усугубляются в разы. Способы решения данной проблемы существуют, но требуют огромных материальных вложений. Скажем, переход от холодных технологий на новые, не требующие использования аммиака, позволит снизить его запасы в 500-1000 раз. Существуют специальные системы и устройства для защиты людей в случае техногенной химической аварии, которые, по идее, должны быть хотя бы в больницах, школах, детсадах. Но и стоимость их впечатляет: 500 тысяч долларов на 1 тысячу тонн химпродукта. Поэтому наиболее реалистичный способ предотвратить катастрофу - все-таки переместить предприятия, хотя бы использующие в большом объеме аммиак, - за пределы города.

Еще одна крайне актуальная для предприятий оборонного комплекса проблема была озвучена в докладе генерального директора ФГУ "ФАПРИД", генерал-полковника полиции В.В. Зубрина "Защита прав государства на результаты интеллектуальной деятельности военного, специального и двойного назначения при их вовлечении в гражданско-правовой оборот". Уже 12 лет организация, которую он представляет, - ФГУ "ФАПРИД" при Министерстве юстиции РФ - осуществляет государственный контроль над целевым использованием средств госбюджета при исполнении гособоронзаказа, а также разрабатывает меры, препятствующие несанкционированной передаче за рубеж военных технологий, выпуску зарубежными фирмами контрафактной продукции по российским образцам. Проблем здесь много, и начинаются они еще с этапа составления документации на предприятиях. Приватизация предприятий ОПК в подавляющем большинстве случаев (свыше 70%) проводилась с нарушением правил инвентаризации, а техническая документация не отвечала требованиям полноты и достоверности. В итоге водораздел между правами государства и предприятия так и не был четко проведен. А перекос тут опасен как в одну, так и в другуюсторону: либо ущемляются интересы государства (именно ему принадлежатправа на создаваемый результат), либо чересчур ограничивается инициатива предприятия, что мешает ему динамично развиваться. Все это требует глубокого изучения, и выработанные правила должны соблюдаться при приемке результатов НИОКР. Что же касается защиты прав государства на международной арене и борьбы против контрафактного производства, то выход здесь один - все разработки патентовать за рубежом и на самом высоком уровне требовать к ответу нарушителей.

О российском танкостроении говорилось практически на каждой конференции "Актуальные проблемы защиты и безопасности", и все в минорных тонах: исследования сокращаются, финансирования на них не выделяют, российские танки все в большей мере уступают натовским. Вот и на этой конференции, состоявшейся в юбилейный год, когда российскому танкостроению исполняется 90 лет, директор ОАО "ВНИИ Трансмаш" В.В. Степанов ничем не порадовал присутствующих. В своем докладе он постарался развеять два мифа: о том, что в современных войнах роль танковых войск падает, и о том, что России, якобы, выгоднее покупать зарубежные танки, а не совершенствовать собственное танкостроение.

Чтобы понять, что это не так, достаточно вспомнить недавнее прошлое. Во всех военных конфликтах последних 10-15 лет применялись танки: в Иране, Ираке, Афганистане, Южной Осетии. С 2010 г. США ввели танки в Афганистан и держат их там для сохранения стабильности. Военная наука гласит: при возникновении территориальных претензий между странами без участия танков конфликт не разрешить. И в странах НАТО это прекрасно понимают, вкладывая огромные средства в совершенствование своего танкового парка - создание новых машин и модернизацию старых. Показательно, что в тройке лучших танков мира ("Абрамс" США, "Леопард" ФРГ и "Леклерк" Франция) последние модели, заявленные как новые, являются по существу модернизацией предыдущих моделей, но с более мощным вооружением и рядом других усовершенствований. На их фоне наш танк Т90А выглядит вполне прилично. Оснащенный новым тепловизором, пушкой, по классу соотносимой с высокоточным оружием, он по огневой мощи, подвижности и защищенности не уступает натовским машинам, а по соотношению эффективность/стоимость в несколько раз превосходит их. Недаром наш Т90А охотно приобретают за рубежом: в 2010 г. было продано более тысячи машин. Только в парковом танке России доля новых отечественных машин (до 10 лет эксплуатации) ничтожна мала - всего 2%. И не мешало бы тем, кто заявляет о целесообразности закупки зарубежных танков для российской армии, сначала провести несложные подсчеты. Стоимость такой машины ("Леопарда" или "Леклера") составляет от 6,8 до 8,5 млн. рублей, к ним надо прибавить еще 600-800 миллионов, которые уйдут на его эксплуатацию за срок службы (ведь за рубежом придется закупать все комплектующие, а также снаряды для орудий, поскольку их калибр не совпадает с нашим). Эксплуатация одного такого танка за 20 лет по затратам сопоставима со стоимостью 10-15 новейших российских танков, которые после модернизации ни в чем не уступят танкам НАТО.

А теперь перенесемся с суши на море. О тенденциях развития морского оружия и его значении для безопасности страны рассказал А.Б. Землянов, представлявший 1-й ЦНИИ МО. Он отметил, что за последние годы номенклатура оружейных комплексов в мире остается прежней, но неуклонно растут их интеллектуальные возможности за счет улучшения процессоров и совершенствования системы космической навигации, что и показывают последниемеждународные выставки, например, "Евроноваль-2010". Но в силу того, что США сейчас активно вкладывают средства в развитие прорывных оружейных технологий, стремясь к созданию систем ПРО морского базирования, облик флотов и способы ведения войн в XXI веке могут существенно измениться. Речь идет о принятии на вооружение лазерного оружия, систем с гиперзвуковым оружием, основанных на электромагнитном действии комплексов высокоскоростного метания, разгоняющих снаряд до 2,5 тыс.м/с. При создании подобных комплексов необходимо иметь в виду, что у США и России разные подходы в подготовке к будущим сетецентрическим войнам: США ориентируются на сеть своих авиабаз и авианосцев; Россия же - на свои космические средства. Но какими бы ни были сетевые технологии, для адекватного противоборства в любом случае необходимы средства поражения (для ВМФ- в первую очередь, крылатые ракеты) и источники информации (для нас - преимущественно космического базирования). На этом и следует сконцентрировать усилия ОПК.

Одной из наиболее наукоемких областей ВПК является экстремальная робототехника, о состоянии которой рассказал один из ведущих специалистов ЦНИИРТК Е.И. Юревич. Незаменимые при проведении разведки, в том числе радиационной, химической, бактериологической, приспособленные для наблюдения на открытом пространстве или в условиях городской инфраструктуры, применяемые для обнаружения и уничтожения огневых точек противника, средства робототехники везде повышают эффективность выполнения боевых задач, снижая потери среди личного состава. Вэтом их бесспорное преимущество. Недавний пример: в Чечне террористы украли мощный источник ионизирующего излучения (около 10 тыс. рентген). Дистанционно управляемый робототехнический комплекс РТК03 "Разведчик" обнаружил источник излучения, захватил его, переместил в безопасный бокс, который затем был захоронен.

Сейчас в России создан целый парк роботов с различными платформами (на гусеничном или колесном ходу) и манипуляционными системами. Среди новинок - робот-санитар, осуществляющий поиск и обследование раненых на поле боя. Любопытно, что при выборе способа переноски раненого выяснилось: самое эффективное, как и в годы Великой Отечественной войны, - это волочение.

В целом же во всем мире созданы и эксплуатируются 24950 экземпляров роботов. Лидируют американцы, но и в странах Европы робототехника считается национальным приоритетом. Так, производитель робототехники фирма "Telerob" (Германия) входит в состав немецкого космического концерна. В странах НАТО уже проведена масштабная работа по составлению электронного документа под названием ROADMAP - дорожной карты, необходимой для ориентации и передвижения роботов. В России ее нет. Самой неотложной для нас сейчас является задача по унификации компонентной базы робототехнических комплексов, отказ от зависимости в ее формировании от иностранных фирм. Робототехника сейчас - столь перспективное дело, что заинтересованность в ней должна быть и у государства, и у частного капитала. Недаром такой умеющий держать нос по ветру человек, как Билл Гейтс, отходя от дел, посоветовал работникам своей компании: "Коллеги, не пропустите рынок (имеется в виду робототехника), емкость которого составляет 500 миллиардов долларов, а темпы роста такие же, как 30 лет назад при развитии компьютерной техники".

Согласно традиции, послепленарного заседания участники конференции продолжали обсуждение на симпозиумах. Выработанные на них рекомендации будут переданы в Правительство РФ, заинтересованным министерствам и ведомствам для дальнейшего совершенствования вооружения и военной техники, изменения к лучшему облика Вооруженных сил России.

От имени командования и научно- педагогического состава ВУНЦ ВМФ "Военно- морская академия" сердечно приветствую участников XIV Всероссийской научно-практической конференции РАРАН "Актуальные проблемы защиты и безопасности".

Мероприятие, посвященное решению актуальнейших вопросов проблем защиты и безопасности Российской Федерации, всегда проводилось в Военно-морской академии и вот уже второй раз - на базе ВУНЦ ВМФ "Военно-морская академия". Мы считаем это хорошей традицией.

Сегодня Военный учебно-научный центр ВМФ помимо Военно-морской академии им. Н.Г. Кузнецова, включает в свой состав шесть образовательных и три научно-исследовательских организации Минобороны России и является единой структурой, реализующей политику Российской Федерации в области государственной безопасности, безопасности от угроз с морских и океанских направлений, а также безопасности морской экономической деятельности.

Реализация политики в области безопасности осуществляется в направлениях от осознания проблем и возникновения научных идей по их решению до внедрения научных результатов в деятельность Военно-Морского Флота и государства в целом.

При этом приоритетной задачей мы считаем внедрение инноваций в прикладную науку и практическую деятельность. Аважнейшим звеном в инновационной цепочке, как известно, является образование.

30 марта 2011 года на 22-м заседании Комиссии по модернизации и технологическому развитию экономики России Президент Российской Федерации Дмитрий Анатольевич Медведев сформулировал 10 положений, реализация которых призвана улучшить инвестиционный климат в стране.

Им были озвучены следующие тезисы:
- о необходимости эффективного взаимодействия вузов и предприятий в рамках подготовки инженерных кадров и реализации инновационных проектов;
- о мерах по улучшению учебно-производственной базы для инженерных вузов;
- о поддержке поисковых фундаментальных исследований;
- о качестве преподавательского состава в технических вузах.

Работу в этом направлении в образовательной деятельности и научной работе ВУНЦ ВМФ "Военно-морская академия" считаем актуальной и необходимой. В этом наша задача, и мы решим ее совместными усилиями.

Уважаемые товарищи!

Недавние внешнеполитические события и события внутри страны неоспоримо свидетельствуют о необходимости переосмысления такого емкого понятия как Защита Отечества.

Сегодня истинными защитниками Отечества являются государственные деятели, военнослужащие и сотрудники правоохранительных органов, ученые и специалисты предприятий и организаций. Все неравнодушные граждане нашей страны могут и должны создать надежный заслон от внешних и внутренних угроз. Наш долг перед Россией и нашим народом - в воспитании молодого поколения людей небезразличных, общественно-активных, политически подкованных, способных свободно мыслить.

Открывая XIV Всероссийскую научно-практическую конференцию, хочу пожелать всем участникам успехов в работе, дальнейших творческих подвигов и свершений на благо нашей Родины.

В.М. Буренок
академик РАРАН, вице-президент РАРАН, генерал-майор

- Причин тому очень много, но все они сводимы к двум основополагающим. Первое - это недостатки длительного прогнозирования макроэкономического развития страны, и второе - очень слабая управляемость в области ценообразования. Недостатки в прогнозировании являются следствием нестабильности развития как в мире, так и в нашей стране, в частности, и в первую очередь - глобального финансового кризиса двухлетней давности. Он сильно повлиял на все параметры развития программы вооружений, которые вначале закладывались. Ценообразование - тоже одна из сложнейших проблем. С одной стороны, в условиях рынка мы вообще не должны диктовать свои цены, но с другой, - если этого не делать, наступает полная анархия. Более того, замечено, что как только бизнес-сообществу становятся известны планы военных о закупке того или иного вида техники, начинают расти в цене комплектующие и материалы.

Существовал план закупок большого количества танков - тут же вздорожал металл, причем значительно. Как здесь реагировать? Пока государство действенных рычагов не нашло, но их нужно искать, иначе никакой макроэкономический прогноз не поможет.

- Эта проблема связана с реализацией 94-го федерального закона. Но сейчас, с созданием интегрированных структур, когда практически точно известно, какое предприятие способно разрабатывать и производить то или иное вооружение, проблема проведения конкурсов исчезла. Предположение о том, что заказ формируется "под кого-то", может возникнуть только где-то на уровне комплектующих и очень небольших изделий - тех, которые способны производить массовые производители.

- Все правильно, и, кстати говоря, это делается. Вы помните, что до кризиса мы перешли на трехлетнюю форму заключения заказов, что вселяло определенную уверенность в поставщиков. Затем негативное влияние оказал кризис, и мы опять перешли на годичный заказ. Но теперь снова возвращаемся к трехгодичной форме заказа, которая является одним из достаточно хороших рычагов на пути модернизации и интенсификации производства. Однако и она не снимает всех проблем. Потому что для перевооружения армии нужны огромные средства. Вот 20 триллионов рублей выделено - казалось бы, деньги гигантские, но, тем не менее, их недостаточно для того, чтобы достичь тех показателей, которые обозначил Президент. Очень уж дорого современное вооружение! По этой причинеМинистерство обороны как бы немножко зажимает цены, в итоге рентабельность на военные заказы очень невысокая, отчего не все с охотой идут работать в эту область. Сейчас обсуждается решение, в пользу которого высказались и Президент и Правимтельситво, - увеличить рентабельность хотя бы до уровня 7% (говорят даже о 25%, но это очень сложно). Но все равно увеличивать придется: будет прибыль, значит, предприятие возьмется за заказ. Если нет, то сами понимаете, - альтруистов у нас не так много, как хотелось бы.

- Говорить о том, что мы завершили много разработок, преждевременно. Но, тем не менее, достижения есть. Расскажу об одном. Недавно состоялся научно-технический совет Военно- промышленной комиссии, на котором Генеральный конструктор докладывал об успехах в разработке единой системы управления тактического звена. Проблем там еще предостаточно, но, тем не менее, те наработки, которые сделаны, (а пришел такой энергичный молодой генеральный конструктор) - вселяют надежду в то, что работа окажется прорывной. "Булава" тоже, действительно, полетит, под ее оснащение готовы подводные лодки. Определенные подвижки есть в области совершенствования морского оружия, вертолетостроения.

- Ответ на этот вопрос очень короткий: совершенствовать собственные технологии. Тут никаких чудес не бывает. Для этого опять же нужны вложения в собственную экономику. Надо очень осторожно относиться к закупкам импортного вооружения, иначе тот сектор экономики, промышленности, который теряет при закупке такого рода оборудования за рубежом, начнет просто умирать. А это очень опасная вещь. Поэтому надо совершенствовать свои технологии и не сильно полагаться на закупки.

- Возможностей много, однако, прежде чем совершать какие-то движения в сторону реформирования, нужно очень детально оценивать последствия. Не всегда то, что представляется эффективным, окажется таким на деле: сказываются особенности нашей страны, наш менталитет и т.д. Помните замечательное выражение Черномырдина "Хотели как лучше, а вышло как всегда"? Чтобы этого не случилось, надо всегда очень тщательно продумывать все реформы. На мой взгляд, сперва надо просто проверить действие того, что уже сделано: немножко остановиться, поработать и посмотреть, где мы получили плюс, где - минус, научиться эти минусы превращать в плюсы, но ни в коем случае не втягиваться в бесконечные реформы.

- Думаю, да: и финансирование стало более ритмичным, и предприятия получше чувствуют себя. Но, к сожалению, за 20 лет, прошедших с тех пор, как развалился СССР, промышленность не обновлялась, и, конечно, мы очень отстали. Предстоит огромная работа по переоснащению предприятий. Без этого, возвращаясь к теме импортных закупок, нам не выйти из затянувшегося кризиса оборонки.

- Не надо очень сильно, как молодежь говорит, заморачиваться на то, как от нас НАТО ушло. Первоначально надо понять, какие войны и с кем мы будем вести. И если это противник действительно технологически развитый, то нам надо готовить систему вооружения такого же уровня. Если нет, то зачем?

- В организации договора о коллективной безопасности (ОДКБ), где я тружусь в качестве первого заместителя начальника объединенного штаба, мы решили, что ведущей организацией по образцам вооружений любого профиля для нас является 46-й институт, который возглавляет присутствующий здесь В.М. Буренок. Уже согласован ряд специальных юридических документов. Проведена каталогизация всех образцов, выработана единая система их применения. Основной язык в Организации русский.

Недавно в нашем арсенале появилось оружие нелетального действия (ОНД), позволяющее осуществлять воздействие в мягкой форме - быть действительно миротворцами, а не некими легитимными киллерами. На конференции был показан фильм о том, как действовал киргизский спецназ, вооруженный ОНД. Программу мы составили вместе с Воздушно-десантными войсками- с ними первыми специалистыМинистерства внутренних дел поделились наставлениями, технической и юридической документацией на ОНД. Проблема возникла только одна - с общением: хоть основным языком считается русский, киргизская молодежь понимает его плохо, особенно военно-технические термины.

- Безусловно. Именно принимая в расчет кризисное политическое положение в Киргизии, мы пригласили их на учения в первую очередь. Апробировали как раз в том объеме, который по времени, по значимости применения больше всего подходит для такого подразделения. Выяснилось, что до трех недель- оптимальный срок учений, при условии, что командир учился в России, владеет русским и переводит своим бойцам.

- Узбекистан уже прислал заявку, остальные готовятся. Наш НИИ прикладной химии а Сергиевом Посаде - это уникальная промышленная база, способная отреагировать на любые объемы заказов.

Замечу, что выбор способов воздействия должен зависеть от формата применения миротворческой операции, а они бывают разными: по принуждению к миру (как было с Грузией), по поддержанию мира, по восстановлению мира. Действительно, если состоялась несанкционированная демонстрация мирного населения, которое просто выражает свои взгляды, противодействие должно быть мягким, щадящим, с упором на психологическое давление - мегафонную поддержку, использование всех форм разъяснения. Если люди вооружены и готовы пустить оружие в ход - ответ может быть более жестким. Мы сейчас работаем над базовыми документами, чтобы универсальными были формы и способы применения ОНД, а критерием их выбора - ми- нимальные потери. На Западе к этой работе относятся очень серьезно, стараются наделить подобными образами все войска. У нас до недавнего времени была принята на вооружение в МВД одна учебная болванка на автомат Калашникова и боевой боеприпас. Сегодня мы уже имеем около полутора десятков различных образцов, которые позволяют решать задачу, что называется, малой кровью. Помощь в их закупке, методике освоении, системе подготовки для национальных формирований готова оказать Российская академия ракетных и артиллерийских наук.

- Это больная тема. Не случайно, вы видите, все время происходят его корректировки. Прогнозировать технологические и технические риски очень непросто. Потому что везде, на всех направлениях ни одно государство не может быть лидером. Везде нужна кооперация. Мы видим, что беспилотная тема несколько отстала, там есть определенное решение. Так поступают все государства, потому что, если каждый начнет с начала, то это - стопроцентное отставание. Таким образом, корректировка Рособоронзаказа - это реакция на то, что спланированная система пошла не по сценарию. Иэта корректировка знаковая. Решение принимается на самом верху, после докладов Правительству и Верховному главнокомандующему. Для нашей же Организации главное, чтобы у нас были универсальные однотипные системы. Тогда все гораздо проще: и боеприпасы универсальные, и нет проблем для создания запасов.

- У нас очень много нового, ряд направлений находится в стадии освоения. Как всякое научное исследование, они поэтапно нами отслеживается, и рано еще говорить, что получится. А пока смотреть в будущее с оптимизмом нам помогают результаты проведенных учений. Для них мы выстроили целый город, в его рамках отработали формы и способы применения образцов. Перестарались немножко: два дома спалили. Дело в том, что, насмотревшись на беспорядки в своей республике, киргизские спецназовцы пришли в такой восторг от нового оружия, что несколько переборщили. Нежалели боеприпасов - так, что крыша подпрыгивала, а потом не туда приземлялась. Но в целом они в восторге - и от эффективности боеприпасов, и от чувства собственной защищенности. Причем, это управляемая самозащита (противогазы, средства бронезащиты, спецсредства) плюс воздействие психологическое. Морально укрепляет дух бойца и то, что его оружие носит наступательный характер, но временно выводящий из строя - необратимости нет.

- Вместе с федеральной службой по военно- техническому сотрудничеству, другими нашими органами власти мы сейчас разбираемся с проблемой копирования российских гранатометов. Это относится к Польше, США. Есть и другие примеры, но это все требует глубокого изучения, поскольку вопрос крайне деликатный. Чтобы предъявить претензии другому государству, нужно широкомасштабное исследование, экспертиза. Для этого мы должны защищать свою продукцию авторскими свидетельствами, патентами, теми охранными документами, которые составляет ФГУ ФАПРИД- это лицензионные договоры. Атам будем уверены, что никто нашу технику просто не скопирует. А если скопирует, то будет отвечать.

Если разработки запатентованы, и этот патент используется за рубежом, то предприятию должны платить за использование патента. Этого мы и пытаемся добиться - помогать предприятиям при патентовании за рубежом, чтобы они потом получали дивиденды. Это широкомасштабная работа, которую не так давно начали, и ведется она на средства федерального бюджета.

- Мелкие есть, больших пока нет. Но, надеюсь, будут!

Российская академия ракетных и артиллерийский наук уже четырнадцатый раз собирает более четырехсот ученых - ученых-военных, ученых оборонно-промышленного комплекса, которые обсуждают серьезнейшие проблемы безопасности нашего государства. Безопасности личности, безопасности правительственных органов, безопасности объектов. И действительно в ходе этих дискуссий, в ходе работы секций вырабатываются концептуальные направления развития и противодействия тем угрозам, которые сегодня существуют. И мы гордимся тем, что ученые едут сюда с энтузиазмом, ученые везут сюда свои идеи, свои предложения. Я думаю, что у этой конференции большое будущее.

- Расскажите о новых разработках в нашей авиационной, космической, ракетной промышленности.

- Целая команда - группа предприятий, включаяНИИ, высшие учебные заведения, КБ, работают, с одной стороны, над усовершенствованием авиационно-космической техники и авионики, с другой стороны, - над созданием новых образцов техники. Попутно мы сейчас очень увлечены диверсификацией исследований и делаем перспективные образцы техники для автомобильной промышленности на тех же заводах, которые работают на авиацию. Одна из самых интересных, модных, остросовременных разработок, как сейчас говорят, инновационных, - это цифровой тахограф, то есть устройство записи параметров движения автомобиля - аналог самолетного "черного ящика". Дело в том, что законодательно введена норма, которая заставит с 1 января следующего года на всех грузовиках дальнего радиуса действия, на всех транспортных средствах, которые перевозят более 12 пассажиров, ставить такие устройства для записи параметров движения. Под их выпуск мы перепрофилировали отдельное предприятие в Смоленске. Уже в следующем году должны произвести около миллиона штук тахографов. Это достаточно дорогое изделие, насыщенное электроникой, интеллектом и всем, чем только можно придумать. Без него с 1 января 2012 года ни грузовики, ни автобусы не должны выходить в рейс. Мы сейчас активно работаем с Думой, правительством над отработкой нормативных актов, которые должны вступить в действие в этой области.

- В такой плоскости вопрос ставить неправомерно. У американцев ведь тоже программа не сюрпризная. Это планировалось заранее: наши аппараты им использовать сегодня эффективнее и выгоднее, чем устаревшие Шаттлы. Там реализуются программы, и, я думаю, что лет через 5 они нас чем-то порадуют. Но и у нас в освоении космоса позиция стабильная. И в авиационных технологиях у нас тоже все нормально. Вышли на пятое поколение, для него полностью готовим всю электронику в самолете. Эта работа возложена на предприятия нашего холдинга, объединившего три интегрированных структуры, одна из которых - корпорация авиакосмической обороны.